Кьюджел великодушно кивнул.
— Если это произойдет, — а таково мое заветное желание, — ты не будешь забыт. А пока я хотел бы незаметно оставаться в этих стенах. Принеси мне соответствующий ужин и достаточное количество вина.
— Как пожелает ваша светлость. — Йодо низко поклонился и ушел. Кьюджел прилег на диван и начал рассматривать амулет, вызвавший такую преданность Йодо. Руны, как и раньше, не поддавались расшифровке; карбункулы производили только стоны — это развлекало, но особой практической ценности не имело. Кьюджел использовал все призывы, заклинания, приказания, какие смог вспомнить при своем поверхностном знании волшебства, но все напрасно.
Появился Йодо, но без ужина.
— Ваша светлость, — начал он, — имею честь передать вам приглашение Дервы Коремы, прежней правительницы Сила, посетить ее вечерний банкет.
— Но как это стало возможно? — спросил Кьюджел. — Она не должна была знать о моем появлении; насколько я помню, я тебе особо это подчеркивал.
Йодо еще раз низко поклонился.
— Естественно, я повиновался, ваша светлость. Хитрости Дервы Коремы превосходят мое понимание. Она каким-то образом узнала о вашем присутствии и передала приглашение, которое вы слышали.
— Ну, ладно, — мрачно сказал Кьюджел. — Будь добр, проводи меня. Ты рассказал ей о моем амулете?
— Дерва Корема все знает, — был двусмысленный ответ. — Сюда, ваша светлость.
Он провел Кьюджела по старым коридорам и сквозь высокую узкую арку — в большой зал. По обе стороны стояли ряды тяжеловооруженных воинов в латах и шлемах; всего их было около сорока, но только в шести доспехах были живые люди, а остальные латы были пусты. Прокопченный потолок поддерживали атланты искаженных пропорций и преувеличенного роста; пол покрывал богатый ковер, разрисованный зелеными концентрическими кругами на черном фоне.
В конце зала за круглым столом сидела Дерва Корема; стол был так велик, что она казалась маленьким ребенком или девочкой — удивительной меланхоличной красоты. Кьюджел самоуверенно подошел, остановился и коротко поклонился. Дерва Корема с мрачной покорностью осмотрела его, взгляд ее задержался на амулете. Она глубоко вздохнула.
— К кому я имею честь обращаться?
— Мое имя не имеет значения, — ответил Кьюджел. — Можете называть меня Благородным.
Дерва Корема равнодушно пожала плечами.
— Как хотите. Мне знакомо ваше лицо. Вы напоминаете бродягу, которого я недавно приказала выпороть.
— Я и есть этот бродяга, — сказал Кьюджел. — Должен сказать, что ваше обращение вызвало у меня негодование, и теперь я намерен требовать объяснений. — И он коснулся карбункула, вызвав такой отчаянный и искренний стон, что вся посуда на столе задрожала.
Дерва Корема мигнула, челюсть ее отвисла.
— Действия мои были необдуманными. Я не смогла догадаться о вашем истинном достоинстве и сочла вас всего лишь дурно воспитанным повесой, как о том и свидетельствовала ваша наружность.
Кьюджел шагнул вперед, взял ее за изящный маленький подбородок и повернул к себе прекрасное лицо.
— Но вы пригласили меня навестить ваш дворец. Это вы помните?
Дерва Корема неохотно кивнула.
— Ну вот, — сказал Кьюджел, — я и пришел.
Дерва Корема улыбнулась и на короткий период снова стала привлекательной.
— И вот вы, мошенник, плут, бродяга и кто там еще, владеете амулетом, благодаря которому род Слейя двести поколений правил Силом. Вы принадлежите к этому роду?
— В должное время вы меня хорошо узнаете, — сказал Кьюджел. — Я великодушный человек, хотя и обладаю некоторыми странностями, и если бы не некий Фиркс... Но как бы то ни было, я голоден и приглашаю вас разделить со мной ужин, который приказал подать верному Йодо. Будьте добры, передвиньтесь на одно-два места, чтобы я мог сесть.
Дерва Корема колебалась, рука Кьюджела устремилась к амулету. Она живо поднялась, и Кьюджел сел во главе стола на оставленное ею место. Постучал по столу.
— Йодо! Где Йодо?
— Я здесь, Благородный!
— Начинаем ужин: пусть подают все самое лучшее, что есть во дворце!
Йодо поклонился и убежал. Вскоре появилась целая процессия слуг с подносами и кувшинами, и начался ужин, какого никак не мог ожидать Кьюджел.
Он достал дощечку, которую дал ему Юкуну Смеющийся Волшебник: она не только делала питательным всякое органическое вещество, но и начинала звенеть в присутствии яда. Первые несколько блюд оказались безвредными, и Кьюджел принялся есть с большим аппетитом. Старые вина Сила также не были отравлены, и Кьюджел пил вволю из кубка черного стекла, украшенного киноварью и слоновой костью, инкрустированного бирюзой и перламутром.
Дерва Корема почти не ела; лишь время от времени касалась вина, задумчиво поглядывая на Кьюджела. Были принесены новые деликатесы. Дерва Корема наклонилась вперед.
— Вы хотите править Силом?
— Таково мое заветное желание! — с жаром заявил Кьюджел.
Дерва Корема придвинулась поближе.
— Возьмете меня в супруги? Соглашайтесь: будете более чем довольны.
— Посмотрим, посмотрим, — ответил Кьюджел. — Сегодня это сегодня, а завтра будет завтра. Можно не сомневаться, что многое переменится.
Дерва Корема слегка улыбнулась и кивнула Йодо.
— Принеси самое выдержанное наше вино — мы выпьем за здоровье нового правителя Сила.
Йодо поклонился и принес бутылку, покрытую пылью и паутиной; осторожно разлил вино по хрустальным кубкам. Кьюджел поднял кубок: предупреждающе зазвенела дощечка. Кьюджел резко поставил кубок и смотрел, как Дерва Корема подносит к губам свой. Он взял у нее кубок, дощечка снова зазвенела. Яд в обоих? Странно. Может, она не собиралась пить. А может, заранее приняла противоядие.
Кьюджел сделал знак Йодо.
— Еще один кубок, пожалуйста... и бутылку. — Кьюджел наполнил кубок на треть, дощечка снова зазвенела. — Хоть и я недолго знаю этого верного слугу, назначаю его мажордомом дворца!
— Благородный, — запинаясь, начал Йодо, — какая великая честь!
— Выпей старого вина, чтобы отпраздновать это назначение!
Йодо низко поклонился.
— С величайшей благодарностью, Благородный. — Он поднял кубок и выпил. Дерва Корема смотрела равнодушно.
Йодо поставил кубок, нахмурился, конвульсивно содрогнулся, посмотрел на Кьюджела, упал на ковер, подергался и затих.
Кьюджел внимательно смотрел на Дерву Корему. Она казалась такой же удивленной, как и Йодо. Посмотрела на него.
— Зачем вы отравили Йодо?
— Это дело ваших рук, — возразил Кьюджел. — Разве не вы приказали отравить вино?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
